• Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

             | 
   
Ошибка
  • JFolder::create: Could not create directory
  • JFolder::create: Could not create directory

Эволюция взаимодействия

 

Автор: Андрей Корельский, управляющий партнер адвокатского бюро "Корельский, Ищук, Астафьев и партнеры" (Москва)

Статья опубликована в № 8/2010 журнала "Юридический бизнес" (оригинальное название: "Эволюция взаимодействия российских юридических служб, бизнеса и консалтинга")

Приступая к написанию данной статьи, в первую очередь хотелось осознать тот опыт, который мы вместе прошли за этот период времени, вспомнить, как "родились" из советской невостребованности, как росли в сложных перипетиях постсоветской действительности, и, в конце концов, на каком этапе эволюции находимся сегодня и что нас ожидает в самом ближайшем будущем.


 

Для большинства экспертов в настоящее время очевидна необходимость наличия юриста в штате компании. И чем компания больше, тем более значимую роль в ее жизни занимает юридический блок.

Обобщая советский опыт развития юридических служб, можно с уверенностью сказать, что в иерархии предприятия юрслужба всегда занимала одно из последних мест – на строчку выше служб эксплуатации и уборки помещений. И это было вполне закономерно, ввиду отсутствия "заказа" на юристов в плановой советской экономике, где претензионная работа, как правило, носила формализованный однотипный характер, а такая юридическая терминология, как compliance, налоговая оптимизация или legal opinion по хозяйственным рискам, не могла и присниться советскому директору даже в самом страшном сне. Нисколько не принижая достоинств "советского инхауса", все же согласимся, что на тот период времени квалифицированный юрист был больше востребован в судебной системе, правоохранительных органах, прокуратуре или адвокатском сообществе, где и раскрывались как профессионалы большинство наших блестящих советских юристов.

Этап 1: 1985–1998 гг.

Рождение инхаусных юристов, а с ними – и внешних юридических консультантов в современном их понимании произошло в России уже с развитием рыночных отношений в конце восьмидесятых – начале девяностых годов. Именно в этот период начался расцвет юридической специальности и рост ее значимости для бизнес-сообщества. Именно в этот период, с конца восьмидесятых и до начала первого финансового кризиса в России, были сформированы самые сильные юридические службы крупнейших компаний: существующих и успешно развивающихся по сей день или уже ушедших в историю.

Этому периоду присущ фактор очень сильной профессиональной роли юридических служб: когда помимо общей текущей работы по визированию документов на предприятии специалисты юридических служб раскрывались в качестве экспертов по тем или иным отраслям права или видам экономических правоотношений и с легкостью могли дать фору любым консультантам, благо к тому времени последних было не так много, как сейчас. В дальнейшем мы увидим, что многие из них стали основателями современных юридических фирм и адвокатских образований. Консалтинговое же сообщество того времени не играло, да и не могло играть той роли, которую выполняет сегодня. Осознание первыми российскими бизнесменами необходимости наличия штатного юриста уже было большим шагом вперед, а вот обоснование необходимости привлечения внешнего консультанта, стоимость услуг которого в разы превышала зарплату инхауса, было занятием крайне не благодарным. Впрочем, это вполне объяснимо, поскольку логика "Ты юрист, значит должен знать все" в сознании бизнесменов того времени была очень сильна, и доводы юристов из серии "Когда у вас зуб заболит, вы же не к урологу обращаетесь" абсолютно не работали. Отсюда и "многостаночность" юристов-инхаусов этого периода, которые брали на себя ответственность по таким кардинально далеким друг от друга вопросам, как визирование приказов о больничном и сопровождение процедуры размещения евробондов. Да и первые представители российского юридического консалтинга со своими модными презентациями в Power Point и красочными proposals еще не пробуждали у российских бизнесов желания нанять их. Все-таки в этот период внешние консультанты либо сохраняли направленность на единичные и очень сложные поручения, неведомые российской правовой системе (как правило, в этой сфере были сильны первые российские офисы ILF-компаний), либо продолжали находиться в нише постсоветской адвокатуры, в сегменте "семейно-наследственный и уголовно-правовой консалтинг".

Внутренние юристы компаний за эти годы "переварили" своими силами массовую приватизацию, залоговые аукционы, народные предприятия, активное нормотворчество от ГК до Закона о банкротстве и многое другое из того, что сегодня объективно не могло бы обойтись без "толпы" консультантов. Взаимодействие с внешним консалтингом по бизнес-проектам в то время было минимальным и практически всегда воспринималось в штыки. В большинстве своем любой юридический консалтинг в те времена находился в "серой зоне" и привлекался для получения вполне понятного сервиса: как сказали бы иностранцы, это был консалтинг а ля "Russian style".

Этап 2: 1998–2008 гг.

Финансовый кризис существенным образом преобразил в первую очередь внешний консалтинг и порядок его взаимодействия с бизнесом и внутренними юридическими службами. Этот период можно назвать расцветом стартапов современных российских юридических фирм и реинкарнацией "мамонтов", работавших на рынке с начала 90-х. И если сперва многим из них приходилось осваивать "бизнес-руины" после кризиса, активно адаптируя закон о банкротстве к российским реалиям, зачастую связанным с коррупцией и криминалом, то новое столетие принесло им огромное количество уже "белого" консалтинга. На этой благодатной почве именно в этот период сообщество ILF-присутствий в Москве очень быстро перевалило за 50 и неуклонно двигалось к 100 полноценным офисам. Этому способствовало и то, что российские чиновники, педалируя идею о вступлении России в ВТО, рынок юридических услуг благополучно "сдали", не поставив ни одного серьезного барьера для присутствия ILF-офисов на российской земле.

Появились и первые российские юридические бренды: под конец первого десятилетия XXI века наличие широкой линейки продуктов, а также юристов со свободным владением языками и зарубежными степенями позволило им конкурировать со многими российскими ILF-офисами. Адвокатура же в это время продолжала занимать ранее обозначенную нишу консалтинга для граждан, все более и более отдаляясь от серьезной конкуренции за бизнес-консалтинг.

Тем временем росло и численное количество штатных юристов компаний. С каждым днем инхаусы все более и более уходили от обидного причисления их к бэк-офису, а лучшие их представители стали активно внедряться в бизнес-процессы управления компаниями. Из начальников юридических отделов, контролирующих сроки исполнения рутинных поручений в интересах работодателя, топ-лоеры становились замами по правовым вопросам, вице-президентами, курирующими правовой блок, и т. п. Многие из них стали попадать в аппараты правлений и советы директоров компаний, а порой и попросту заслуженно занимали посты СЕО крупнейших корпораций и вполне успешно справлялись с поставленными задачами. Так на практике был доказан постулат, что юристы могут не только вполне успешно управлять крупными бизнес-корпорациями, но и занимать самые высокие посты в управлении целой страной.

Для этого периода характерно то, что юридические службы понемногу начинают эволюционировать, теряя при этом своеобразный "юридический средний класс". Так, в структуре юрслужб будет, вероятно, до скончания веков сохраняться базовая функция по правовому сопровождению текущих вопросов, и здесь название "бэк-офис для бизнеса" не является чем-то ругательным. Однако топ-лоеры уже практически уходят от правовой работы, начиная шлифовать менеджерские навыки, взлетая к вершинам управления по стратегическим вопросам. Да, они продолжают управлять работой юристов подразделения, но не погружаются с головой в каждое поручение из-за отсутствия времени, а порой и желания.

Так начинают редеть ряды того самого среднего класса – сильных юристов-профессионалов, которые дотошно специализировались бы в тех или иных областях права или отраслях экономики, даже не помышляя о стратегическом управлении и менеджменте. Никто не говорит об их полном отсутствии, но тренд на отток таких юристов из юридических служб явно присутствовал. И это вполне закономерный, рыночный процесс – такие специалисты с успехом и удовольствием пополняли и продолжают пополнять ряды российского консалтинга – как RULFы, так и офисы российских ILFов. Если представить данную тенденцию в виде своеобразного круговорота юристов в бизнес-природе, то можно увидеть следующие закономерности. В большинстве случаев сильные профессиональные юристы-инхаусы попадают в ряды российского консалтинга, лишь единицам из них удается перепрыгнуть через эту ступень и оказаться сразу в офис ILFа. Российские же офисы ILFов, в свое время правильно осознав угрозу со стороны растущего российского консалтинга, стали активно "поглощать" его специалистов, имеющих приличное образование и языковые навыки, завлекая их не только повышенными зарплатами и бонусами, но и реальным партнерством, пусть даже в большинстве случаев и salary-уровня. Догма первых офисов ILF в России "Партнер – только экспат" под конец первого десятилетия нового столетия почти канул в Лету. В дальнейшем же цепочка замыкается, за редким исключением, когда партнеры топ-уровня возвращаются из российского или иностранного консалтинга в реальный сектор экономики или госаппарат, но, как правило, на серьезные управленческие позиции, лишь косвенно связанные с чистой юриспруденцией.

Вымывание "среднего класса" из юридических служб и его переход в консалтинг были опосредованы не только повышенным уровнем вознаграждения таких специалистов и отсутствием серьезной долгосрочной мотивации в инхаусной позиции, но в большей степени диктовались и потребностями самого бизнеса. Компании зачастую было невыгодно оплачивать дорогостоящего специалиста на фултайме, особенно если учесть его узкую специализацию и то обстоятельство, что порой он месяцами просиживает без профильной работы, теряя квалификацию и закрывая необходимость своего присутствия в компании банальным визированием текучки. В этом случае обращение в консалтинг более эффективно, даже если за профессиональный уровень его специалистов и придется отдать эквивалент годовой зарплаты штатного юриста. Другой вопрос, что уровень внешнего консультанта действительно должен быть на порядок выше, чем у специалистов того самого "бэк-офиса" как составной части внутренней юридической службы компании.

Таким образом, данный период взаимодействия юридической службы, бизнеса и консалтинга, с одной стороны, характеризовался увеличением статуса юридической службы в глазах бизнеса (последний зачастую доверял лучшим юристам вопросы стратегического управления компаниями). С другой стороны, его характерной чертой стало падение уровня профессионализма юридических служб из-за оттока "среднего юридического класса" в консалтинг, который, в свою очередь, с успехом заместил этот дисбаланс. Стоит отметить, что ничего нового в этом нет: большинство западных компаний мирно сосуществуют именно в таком взаимодействии с консалтинговыми структурами, и, скорее всего, за таким порядком взаимодействия будет и российское будущее. Стабильно работающему бизнесу сегодня выгодно иметь хорошего юриста-управленца, который закроет всю текучку за минимальные для бюджета компании деньги, а при необходимости решения нестандартной задачи – наймет оптимального консультанта, который представит сервис высокого уровня за разумную цену.

Этап 3: 2008 год – наше время

Мировой финансовый кризис, возможно, на время и подкосил ряды юридических служб и консалтинга, особенно зарубежного, где массовые сокращения прошли в серьезных масштабах, но в целом рынок быстро восстанавливается, и я не сомневаюсь, что он активно продолжит свое эволюционное развитие.

В настоящее время начальный этап этого периода характеризуется продолжающимся трендом на расширение границ российского консалтинга. Причем с каждым новым кризисом эта тенденция только усиливается.

Сегодня мы наблюдаем не только за созданием крупных национальных игроков на рынке путем объединений, но и за первыми стартапами и выходами на международный уровень. Тот факт, что многие успешные юристы в кризис вернулись из ILFов в RuLFы, а также создание новых юридических бизнесов говорят о серьезной интеграции и взаимопроникновении российского и зарубежного консалтинга. Пропасть конца девяностых – начала двухтысячных между сервисом российского и иностранного консалтинга все более сужается, а в отдельных случаях и просто исчезает. Зачастую российский и иностранный бизнес, ранее заказывавший тот или иной сервис только в ILFах, узнав сегодня о той же компетенции в российской юридической фирме, вполне готов привлекать национальных игроков, ставя во главу углу вовсе не деньги, а именно уровень предоставляемого качества услуг.

Не поднимая в данной статье модную на сегодня тему "ILF vs RuLF", все же хочется отметить, что если несколько лет назад конкуренция по сегментам рынка между ними практически отсутствовала, то сегодня и те и другие активно конкурируют друг с другом за клиента, причем нередко – на традиционных прежде полях соперника.

Активное обсуждение консолидации рынка юридических услуг в России, безусловно, должно в ближайшее время породить какое-то решение. Я не являюсь приверженцем ни одной из предлагаемых концепций консолидации, но мне все же хочется верить, что будет принято взвешенное решение, без очередных потрясений на активно развивающемся рынке. Вариант формата "Все в адвокаты!", "Все за лицензией в Минюст!" или "Все против всех без какого-либо регулирования!" может отбросить российский юридический консалтинг на много лет назад или породить стагнацию.

Что касается юридических служб, то структура, в которой отсутствует "средний юридический класс", для большинства компаний в будущем неизбежна. Все более расширяющийся российский рынок консалтинга взаимовыгодно поглотит этот сегмент юридической службы. Чем стабильнее будет развитие российской экономики, тем быстрее такое видоизменение состоится.

Главное, что хочется увидеть в будущем в этой эволюции взаимодействия юридических служб, бизнеса и внешнего консалтинга, – это преумножение принципа "Каждый юрист, занимающийся своим делом, будь он рядовым инхаусом, топ-лоером или внешним консультантом, должен более эффективно перераспределять производительность труда в соответствии с теми вопросами, в решении которых он действительно является профессионалом, – будь это визирование приказов о больничных или сопровождение процедуры IPO на бирже". А развитие специализаций у внешних консультантов – как российских, так и иностранных, позволит топ-лоерам компаний выбирать в честной конкурентной тендерной борьбе действительно лучших по критериям "цена-качество", замещая тот самый отсутствующий "инхаусный средний класс".

Переняв многие эффективные элементы работы у западных игроков, российский консалтинг все же должен сохранить главное – индивидуальность национального сервиса при максимально возможном на этом этапе развития качестве предоставляемых услуг.

 

Для публикации комментария к данной статье нужно зарегистрироваться. Регистрация на нашем сайте бесплатная
Зарегистрироваться

ЮБ - акцент

 Umaru Modibbo

Mr Modibbo started his working career as a Commercial Officer in the then Gongola State Civil Service, and would later join the Gongola State Investment Company Limited where he rose to the rank of Senior Investmeadeyemiolusanya.jpgnt Executive. A 1983 graduate of Business Administration from the Ahmadu Bello University, Zaria, Alhaji Modibbo qualified as a Chartered […]

The post Umaru Modibbo appeared first on Lagos Business Journal.

 Emeka Okwuosa

Emeka Okwuosa is a seasoned engineer, administrator, entrepreneur and a visionary with over 33 years of experience in engineering in the following areas: maintenance and operations, teaching, wireline logging and interpretation, seismic acquisition, processing and interpretation, pipeline engineering, procurement and construction (EPC), project management, drilling and drilling services. Some of these activities span Europe, North […]

The post Emeka Okwuosa appeared first on Lagos Business Journal.

Проекты и продукты

 Umaru Modibbo

Mr Modibbo started his working career as a Commercial Officer in the then Gongola State Civil Service, and would later join the Gongola State Investment Company Limited where he rose to the rank of Senior Investmeadeyemiolusanya.jpgnt Executive. A 1983 graduate of Business Administration from the Ahmadu Bello University, Zaria, Alhaji Modibbo qualified as a Chartered […]

The post Umaru Modibbo appeared first on Lagos Business Journal.

 Emeka Okwuosa

Emeka Okwuosa is a seasoned engineer, administrator, entrepreneur and a visionary with over 33 years of experience in engineering in the following areas: maintenance and operations, teaching, wireline logging and interpretation, seismic acquisition, processing and interpretation, pipeline engineering, procurement and construction (EPC), project management, drilling and drilling services. Some of these activities span Europe, North […]

The post Emeka Okwuosa appeared first on Lagos Business Journal.

Опрос

Как часто в течение года у вас бывает отпуск?